Гуменник за две недели до Олимпиады обновил рекорд России в короткой. Что стоит за этим прокатом
Фигурист Петр Гуменник менее чем за полмесяца до старта Олимпийских игр оформил самый результативный короткий прокат в истории российского мужского одиночного катания. На всероссийских соревнованиях памяти Петра Грушмана в Санкт‑Петербурге он получил 109,05 балла — цифру, которая ранее не покорялась никому из российских одиночников.
Однако за рекордом скрывается важный контекст: уровень турнира, специфика судейства и задачи, которые преследовал сам спортсмен на этом старте.
Олимпийский сезон без полноценного международного опыта
В мировом фигурном катании сейчас все выстроено вокруг Олимпиады: спортсмены доезжают последние старты, оттачивают программы на континентальных первенствах, проходят через жесткий отбор на национальных чемпионатах.
Российская ситуация существенно отличается. В Милан отправятся всего два одиночника, и оба — без актуального международного рейтинга и без широкого опыта выступлений на крупнейших стартах последних лет. В этих условиях цена каждого соревнования возрастает: нужны любые прокаты, чтобы «разбудить» соревновательный инстинкт, проверить контент, откатать программы до автоматизма.
Поэтому участие Гуменника во всероссийском турнире в Петербурге выглядит вполне логичным. Формально это не топ‑старты уровня чемпионатов страны или международных турниров, но для спортсмена — возможность отработать короткую программу в обстановке реального соревнования, а не только на тренировках.
Турнир без серьезной конкуренции, но с высокими задачами
На соревнования памяти Петра Грушмана заявились всего восемь одиночников. Из них только один — Гуменник — входит в основной состав сборной России. Говорить о серьезной спортивной конкуренции здесь сложно: для фаворита это не борьба за медаль, а, в первую очередь, тест собственных программ и стабильности.
Тем не менее, многие участники решили использовать турнир по максимуму, насытив контент сложными элементами. Для большинства это был шанс либо заявить о себе, либо проверить возвращение к сложным прыжкам после пауз.
Попытки усложнить программы: риски и ошибки соперников
Яркий пример — Игорь Ефимчук, который только недавно вернулся в соревновательный ритм после длительного перерыва. В короткой программе он рискнул исполнить четверной тулуп. Прыжок не удался — ошибка на выезде и падение. С учетом остальных компонентов этого оказалось достаточно лишь для пятого места по итогам короткой.
Илья Строганов, наоборот, демонстрировал амбиции по максимуму: в заявке у него были два старших четверных — лутц и риттбергер. Лутц он не смог выполнить чисто: коснулся льда рукой, а к тому же потерял возможность сделать каскад, который является критически важным элементом для набора высокой суммы баллов. Тройной тулуп пришлось переставлять к риттбергеру, да еще и через тройку. Дальше последовала ошибка на тройном акселе — падение. В итоге его 74,22 балла оставили Строганова только на третьей позиции.
Стабильнее всех из преследователей выглядел Семен Соловьев. Вместо риска он выбрал проверенный набор: тройной аксель, четверной тулуп и каскад тройной лутц — тройной тулуп. За счет чистого катания и качественных непрыжковых элементов ему удалось получить 88,53 балла и занять второе место. Именно эта аккуратность, без попыток прыгнуть выше головы, позволила ему выделиться на фоне остальных.
Внимание публики — на одном человеке
Несмотря на будний день и дневное время старта, трибуны петербургской арены были заполнены довольно плотно. Абсолютное большинство зрителей пришло ради одного проката — короткой программы Петра Гуменника.
Уже на разминке было заметно, что фигурист спокоен и собран. В его движениях не чувствовалось суеты: он не демонстрировал накатанные элементы ради публики, а просто делал ровно то, что нужно для подготовки к выходу на лед в рамках программы.
Такое спокойствие — важный сигнал в предолимпийский период. Нервозность, лишняя энергетика, стремление «удивить любой ценой» часто приводят к срывам именно перед крупными стартами. У Гуменника же просматривался расчет: ему нужен был не сверхгеройский прокат, а максимально рабочий, в котором можно проверить, как ведет себя организм и психика в условиях турнира.
Технический контент: максимальная сложность, но не идеальная чистота
Короткая программа Петра на этом турнире была составлена с прицелом на самый сложный контент. Стартовым элементом стал каскад четверной флип — тройной тулуп. Этот момент он выполнил безупречно, и к нему не могло быть никаких серьезных вопросов ни по вращению, ни по чистоте приземления.
Дальше начались нюансы. Четверной лутц и тройной аксель были приземлены с неидеальной точностью: небольшие недокруты, микроскопически смятые выезды. Ничего критичного с точки зрения падения или явных ошибок, но при более строгом судействе часть надбавок за качество исполнения могла бы уйти, а недокрут в пределах четверти оборота — вполне быть зафиксирован.
Тем не менее, в целом программа смотрелась цельной. Главное достижение — отсутствие «мельтешения», когда фигурист будто торопится и нервничает, сбивается с ритма и ломает впечатление от проката. У Гуменника чувствовалась уже накатанность: движения связаны, переходы логичны, элементы встроены в музыку.
Непрыжковые элементы и единственный видимый минус
По вращениям и дорожкам шагов Петр выступил очень уверенно. Уровни сложности на этих элементах были максимальными, что и обеспечило солидную базу для итоговой оценки.
Единственный заметный недочет касался финального вращения. К окончанию программы скорость немного просела, и фигурист буквально на долю секунды не уложился идеально в музыкальную фразу. Для рядового зрителя это могло остаться незамеченным, но для специалистов и судей такие нюансы важны при выставлении компонентов — оценки за хореографию, композицию, интерпретацию музыки.
Для самого спортсмена такой «рабочий минус» даже полезен: он показывает, где именно не хватает физического ресурса или концентрации на отрезке, когда уже сработала усталость. Это как маркер, на который можно сделать акцент в ближайших тренировочных циклах.
Российское судейство: рекорд как аванс доверия
Отдельный пласт истории — оценка судей. На внутренних турнирах российские арбитры традиционно относятся к лидерам более лояльно, особенно когда речь идет о спортсмене, который вскоре будет представлять страну на крупном старте.
Гуменник получил 109,05 балла — личный рекорд и одновременно самую высокую оценку в истории российского мужского одиночного катания за короткую программу. Судьи выставили максимально высокие уровни за элементы, щедро оценили надбавки за качество исполнения и подняли компоненты до значений не ниже 9,25.
Фактически это оценка «в режиме максимального доверия». Ясно, что таким образом Петра поддерживают не только зрители на трибунах, но и судейский корпус. Внутри страны это часто воспринимается как сигнал: именно на этого спортсмена делается ставка.
Но важно понимать: такой протокол нельзя механически переносить на международную арену. Там иная шкала строгости — за те же элементы, выполненные с тем же качеством, сумма может оказаться ощутимо ниже. Поэтому задача Гуменника и его штаба — не радоваться рекордной цифре как уже достигнутой вершине, а использовать ее как ориентир, к которому надо подтянуть реальную чистоту катания.
Насколько этот рекорд реалистичен на международном уровне
Если проецировать показанный контент на условную оценку международных соревнований с жестким судейством, можно ожидать снижение результата на несколько баллов только за более критичный подход к недокрутам и GOE. Плюс компоненты в районе 9,25–9,50 на мировом уровне получают лишь абсолютные лидеры, регулярно побеждающие на чемпионатах мира и Гран‑при.
Для Гуменника сейчас приоритет — вывести фактическое исполнение элементов на такой уровень, чтобы даже при строгой оценке он мог набрать результат, близкий к тому, что показал в Петербурге. Это значит: чище заходы на четверные, более стабильные выезды, отсутствие даже пограничных недокрутов.
Рекорд на внутреннем старте — сигнал о том, что потенциал есть. Но превращение этого потенциала в международный результат потребует не эмоциональной радости, а предельно трезвой работы над деталями.
Зачем вообще нужен такой старт за две недели до Олимпиады
Участие в мелком по статусу, но важном по содержанию турнире за две недели до Олимпиады — шаг, который кому‑то может показаться рискованным. Есть страх получить травму, «перегореть» или эмоционально вымотаться.
Но у подобного старта есть несколько ключевых плюсов:
1. Проверка соревновательного состояния. Тренировки не воспроизводят полностью атмосферу старта, где есть ожидание выхода на лед, судейская бригада, зрители, протоколы и ответственность.
2. Тестирование программы в бою. Видно, где «проседает» физика, как распределять силы по программе, в какой момент начинает падать концентрация.
3. Корректировка последней подготовки. По итогам такого проката тренеры могут оперативно подправить нагрузку: добавить отработку конкретных элементов или, наоборот, чуть снизить объем, чтобы подвести спортсмена к Олимпиаде в оптимальной форме.
4. Психологическая настройка. Уверенный рабочий прокат с высокой оценкой помогает спортсмену почувствовать себя готовым — особенно если до этого были срывы или нестабильность.
Что этот прокат говорит о шансах Гуменника на Олимпиаде
Сама по себе рекордная цифра 109,05 не делает Петра фаворитом Олимпиады — международная конкуренция в мужском одиночном катании запредельно высока. Но этот прокат в Петербурге показывает сразу несколько важных вещей:
— сложнейший набор прыжков в короткой программе для него не является чем‑то запредельным — это уже рабочий уровень;
— программы накатаны, в них нет хаотичности и «сырых» мест, что крайне важно в условиях давления Игр;
— психологически фигурист в состоянии выйти и спокойно выполнить задачу, даже когда внимание аудитории сосредоточено исключительно на нем.
Если за оставшиеся до старта дни удастся подшлифовать выезды с четверных и убрать мелкие огрехи вроде потери скорости в конце программы, Гуменник сможет претендовать на высокий технический балл и на мировом уровне. Вопрос в том, хватит ли стабильности, чтобы повторить или хотя бы приблизить такой прокат уже под олимпийским давлением.
Поддержка судей vs реальная готовность
Внутрироссийское судейство в данном случае выступает не только арбитром, но и инструментом психологической поддержки. Высокие компоненты и щедрые GOE — своеобразный кредит доверия, который подталкивает спортсмена верить в свой уровень.
Однако реальную оценку готовности Гуменник получит не по этому протоколу, а по тому, как справится с программой на главном старте четырехлетия. Там не будет лояльности и «домашнего фактора» — только точные обороты, чистые выезды и объективная конкуренция с сильнейшими фигуристами мира.
Рекорд в Санкт‑Петербурге — важный, но лишь промежуточный этап. Он показал, что Петр подходит к Олимпиаде не в роли догоняющего внутри страны, а в статусе явного лидера. Теперь задача — подтвердить этот статус там, где ошибки уже не прощают ни судьи, ни соперники.