Экс-президент «Спартака» обрушился на Netflix и выбрал российское кино: «Наши фильмы мне ближе»
Бывший президент московского «Спартака» Андрей Червиченко рассказал, что уже давно практически отказался от западного кинематографа и переключился на российские фильмы и сериалы. По его словам, именно отечественные проекты вызывают у него больше доверия и эмоционального отклика.
Особенно жестко Червиченко высказался о популярном американском стриминговом сервисе Netflix. Он заявил, что доминирующий сегодня в западной индустрии подход к съемкам и сюжетам делает просмотр для него невыносимым и лишенным всякого удовольствия.
По мнению функционера, за последние годы контент на Netflix сильно изменился, и это стало одной из причин, почему он сознательно отказался от западных сериалов и фильмов в пользу российских проектов. Червиченко подчеркнул, что чувствует себя комфортно без голливудских новинок и не переживает из-за того, что часть западного контента сейчас недоступна.
«Я уже давно смотрю в основном наши фильмы и сериалы. Они мне понятнее, ближе по настроению, по менталитету, чем западное кино. Сейчас российские проекты для меня – очевидный приоритет. У того же Netflix, на мой взгляд, сделали все, чтобы смотреть их продукцию было невозможно: слишком много навязанных тем, штампов и однотипных персонажей. К тому же создается ощущение, что сценарии там пишутся по некоему шаблону — будто их делает не живой человек, а программа», — поделился Червиченко в разговоре с корреспондентом Сергеем Козловым.
Он отметил, что в большинстве современных западных фильмов и сериалов очень быстро угадывается дальнейший ход событий. По его словам, интрига пропадает уже в начале просмотра: сюжет предсказуем, сцены выстроены по одному и тому же принципу, а персонажи нередко выглядят схематично и искусственно. «К тридцатой минуте уже ясно, что и как будет происходить дальше», — заявил бывший президент «Спартака».
На этом фоне, по мнению Червиченко, российские фильмы и сериалы выглядят более жизненными и достоверными. Он подчеркнул, что именно реалистичность и близость к повседневным ситуациям делают отечественный контент для него привлекательнее. В качестве примера он привел один из недавно просмотренных проектов.
«У нас кино и сериалы гораздо приземленнее, в хорошем смысле слова. Они больше похожи на настоящую жизнь. Вот я недавно посмотрел сериал “Константинополь” — там, если показывают опасность или жесткие сцены, то это выглядит логично и естественно, без нелепой условности. Если в кадре стреляют, то это имеет последствия, а не превращается в карикатурный экшен, как часто бывает в американских фильмах, где могут выпустить десятки пуль и никуда не попасть», — пояснил Червиченко.
Он добавил, что не ощущает никакого дискомфорта от отсутствия в российском прокате части западных новинок. По его словам, обилие отечественного контента — от исторических драм до современных детективов и мелодрам — полностью закрывает его потребности как зрителя. «Не могу сказать, что страдаю из‑за того, что не вижу какие-то громкие западные премьеры. Есть много наших фильмов и сериалов, и мне их вполне хватает», — подчеркнул бывший футбольный функционер.
Почему часть зрителей разочаровывается в западных сервисах
Слова Червиченко хорошо ложатся на более широкий тренд: за последние годы многие зрители стали уставать от однотипности крупнобюджетных западных проектов. Часто звучат претензии к формульным сценариям, изобилию сиквелов и ремейков, а также к ощущению «конвейера», когда фильмы и сериалы создаются в первую очередь по маркетинговым лекалам, а не ради истории.
Крупные платформы вроде Netflix действительно работают с огромным массивом данных о вкусах аудитории и нередко выстраивают проекты так, чтобы они максимально соответствовали этим алгоритмическим ожиданиям. В результате часть зрителей начинает чувствовать, что продукты становятся слишком похожи друг на друга — как по структуре, так и по набору обязательных тем и образов.
При этом для многих людей, как и для Червиченко, важна не только развлекательность, но и ощущение культурной близости. Национальный контекст, узнаваемые реалии, родной язык, интонации и юмор, понятные только «своим», создают другое качество восприятия. Российские сериалы и фильмы, даже будучи более скромными по бюджету, иногда оказываются ближе, потому что говорят с аудиторией на одном культурном языке.
Реалистичность против зрелищности
Отдельный пласт претензий к западному кино связан с чрезмерной условностью происходящего на экране. Спецэффекты, затяжные перестрелки и погони, невозможные с точки зрения логики сцены — все это часто подается как норма, хотя у части зрителей вызывает усталость и внутренний протест. Люди хотят сопереживать героям, а не следить за компьютерной графикой.
Червиченко, говоря о сценах насилия и экшене, по сути поднимает вопрос баланса между зрелищностью и правдоподобием. В российских сериалах, особенно в исторических и криминальных драмах, создатели все чаще стараются опираться на реальные события, изучать архивы, консультироваться со специалистами. Пускай не всегда это реализуется идеально, но тенденция на «приземление» и отказ от гротескной условности действительно заметна.
Почему зритель выбирает «своих»
Смена предпочтений у части аудитории объясняется и психологически. Когда общество переживает турбулентность, меняется политический и экономический фон, зритель часто подсознательно тянется к тому контенту, который отражает его собственные переживания, страхи и надежды. В этом смысле российские фильмы и сериалы, затрагивающие привычные реалии, могут восприниматься как более терапевтичные и понятные.
К тому же российские проекты все активнее осваивают жанровое разнообразие. Помимо традиционных мелодрам и криминальных историй появилось больше хорошо снятых исторических сериалов, военных драм, психологических триллеров, социальных историй. Это расширяет выбор для зрителя, которому уже не нужно идти на компромисс между «своим» и «качественным» — зачастую это теперь одно и то же.
Роль ностальгии и привычки
В позиции Червиченко есть еще один важный момент — эффект ностальгии. Люди, выросшие на советском и российском кино, часто сравнивают новые западные проекты с теми образцами, которые сформировали их вкус. Для них отечественное кино — это не только сегодняшние сериалы, но и огромная библиотека классики, с которой трудно конкурировать.
Привычка тоже играет свою роль. Если зритель годами смотрел российские фильмы, привык к определенному типу актерской игры, интонациям и подаче, то переход на западный контент может вызывать внутренний дискомфорт. И наоборот: те, кто десятилетиями потреблял голливудскую продукцию, иногда с трудом переключаются на российские сериалы, воспринимая их как менее динамичные или «неспешные».
Ограничения как стимул к развитию
Интересно, что ограничение доступа к части западного контента в последние годы неожиданно стало фактором, подстегнувшим развитие отечественной индустрии. Продюсерам и платформам пришлось быстрее наращивать собственное производство, искать новые сюжеты и жанры, развивать локальные франшизы.
На этом фоне высказывания вроде тех, что сделал Червиченко, показывают: у российского зрителя действительно появилась альтернатива. Если раньше многие автоматически выбирали западные платформы как «эталон качества», то сегодня все больше людей осознанно отдают предпочтение отечественным продуктам, не считая это компромиссом.
Личное мнение и общая тенденция
При этом важно понимать: позиция Андрея Червиченко — это частное мнение конкретного человека, пусть и известного в спортивных кругах. Вкус в кино у всех разный: кто-то по‑прежнему с интересом смотрит западные сериалы, кто-то полностью перешел на российский контент, а кто-то сочетает и то, и другое.
Однако его слова отражают реальное явление — усиление интереса к национальному кинематографу. Части зрителей действительно ближе истории, рассказанные на родном языке и в знакомых декорациях. И чем качественнее становятся отечественные проекты, тем увереннее они конкурируют не только с западными стриминговыми сервисами, но и с привычками зрителей, сформированными годами глобального доминирования Голливуда.
Таким образом, выбор Червиченко в пользу российских фильмов и сериалов — это не только жесткая критика конкретной платформы, но и показатель того, как меняется поведение и ожидания зрителя внутри страны. Бывший президент «Спартака» открыто заявил, что ему сегодня достаточно отечественного контента, а отсутствие доступа к части зарубежных новинок он воспринимает не как потерю, а как повод еще внимательнее присмотреться к тому, что создается в собственной кинематографической среде.