Бывший супруг первой олимпийской чемпионки независимой Украины в фигурном катании Оксаны Баюл обнародовал новые обвинения в ее адрес на фоне громкого бракоразводного процесса и спора об опеке над их 11-летней дочерью. По его словам, легендарная спортсменка злоупотребляет алкоголем, ведет себя агрессивно и, как он утверждает, «патологически лжет».
Скандальная история разгорелась вокруг решения Баюл отказаться от опеки над дочерью Софией в рамках соглашения о разводе. Ранее стало известно, что ее бывший муж, 48-летний Карло Фарина, добился единоличной опеки над ребенком после затяжного и конфликтного разбирательства в суде. Брак спортсменки и Фарины длился около 13 лет и завершился тяжелой юридической борьбой, в ходе которой стороны обменялись взаимными обвинениями.
По данным из материалов дела, Фарина представил суду целый перечень претензий к поведению бывшей жены. Он настаивал, что Баюл неоднократно употребляла алкоголь до сильной степени опьянения, становилась неконтролируемой и оказывала токсичное влияние на атмосферу в семье. Кроме того, он описывал ее как манипулятивного и деспотичного человека, у которого, по его утверждению, есть проблемы с правдивостью.
Отдельный блок обвинений касался отношений олимпийской чемпионки с дочерью. Бывший муж утверждал, что девочка боится мать, а ее поведение в доме создавало для ребенка эмоционально небезопасную обстановку. По словам Фарины, Баюл якобы допускала расистские высказывания в присутствии дочери, заставляла девочку оскорбительно обращаться к домработнице и нередко срывалась на нецензурную брань в адрес самой Софии.
Еще одна серьезная претензия Фарины заключалась в том, что, как утверждал истец, мать «промывала мозги» ребенку, убеждая ее, что школа не нужна и можно не уделять внимания учебе. Подобное поведение, по версии отца, подрывало образование девочки и лишало ее нормального детства и общения со сверстниками.
Оксана Баюл в ответ на иск категорически отвергла все обвинения в правонарушениях и жестоком обращении. В своих показаниях она, напротив, обвинила бывшего мужа в психологическом давлении — как на нее, так и на ребенка. По словам спортсменки, именно Фарина выстраивал нездоровую модель отношений с дочерью, чрезмерно контролируя каждый аспект ее жизни.
Баюл заявила, что отец фактически изолирует девочку от окружающего мира, ограничивая общение с ровесниками и полностью подчиняя себе режим и интересы ребенка. Она настаивала, что подобный тотальный контроль наносит Софии не меньший вред, чем любые другие формы насилия, и мешает ребенку выстраивать самостоятельность и здоровые социальные связи.
Особое внимание в заявлении фигуристки уделено финансовой стороне брака. Баюл утверждала, что на протяжении совместной жизни находилась под жестким финансовым контролем мужа и фактически не имела доступа к деньгам семьи. По ее словам, все банковские счета, финансовые документы и управление средствами были сосредоточены в руках Фарины, а сама она не могла распоряжаться даже совместно заработанными ресурсами.
Несмотря на острые взаимные претензии, спустя несколько недель после начала активной фазы судебного разбирательства стороны пришли к мировому соглашению. Суд был уведомлен о том, что Баюл и Фарина урегулировали ключевые спорные вопросы: опеку над дочерью, размер и порядок выплаты алиментов, а также раздел имущества, нажитого за годы брака.
Согласно достигнутым договоренностям, Карло Фарина получил единоличную опеку над Софией. Отдельным пунктом фиксировалось, что Оксана Баюл согласилась на ряд ограничительных и контролирующих мер в отношении себя. В их числе — прохождение курсов по управлению гневом и регулярная сдача тестов на алкоголь и наркотики, призванных подтвердить соблюдение ею трезвого образа жизни.
При этом известно, что изначально олимпийская чемпионка выступала против единоличной опеки со стороны отца и настаивала на совместной модели воспитания. Однако в конечном итоге она сняла свои требования и формально отказалась от опеки, согласившись с тем, что дочерь будет проживать с отцом. Такое решение вызвало у общественности множество вопросов о том, что именно происходило внутри семьи и в каком состоянии была сама спортсменка.
Отдельный резонанс придало ситуации и то, что ранее Баюл публично признавалась в многолетней борьбе с алкогольной зависимостью. В одном из интервью, которое обсуждали в конце 2024 года, она прямо называла алкоголизм «своей огромнейшей проблемой». При этом фигуристка подчеркивала, что осознает тяжесть заболевания и старается сохранять трезвость, хотя путь к восстановлению оказался длительным и болезненным.
История Оксаны Баюл особенно драматична на фоне ее спортивного прошлого. В 1994 году она вошла в историю как первая олимпийская чемпионка независимой Украины, выступавшая в женском одиночном катании. Феерическая победа, стремительный взлет, мировая слава — все это создало вокруг нее образ хрупкой, но невероятно сильной спортсменки. Контраст между тем триумфом и нынешними громкими семейными скандалами делает нынешнюю историю еще более болезненной для поклонников.
Эксперты по семейному праву отмечают, что согласие родителя на отказ от опеки часто является результатом сложного торга и оценки рисков. В случаях, когда одна из сторон сталкивается с обвинениями в зависимости, агрессии или неустойчивом психоэмоциональном состоянии, адвокаты нередко рекомендуют идти на уступки, чтобы избежать еще более тяжелых решений суда или публичного разбирательства с детализацией личной жизни.
Психологи, комментируя подобные истории, обращают внимание на то, что бракоразводные процессы, связанные с обвинениями в алкоголизме и токсичном поведении, почти всегда имеют сложный и многослойный характер. За громкими формулировками вроде «патологическая лгунья» или «контролирующая личность» стоят годы нерешенных конфликтов, взаимной зависимости и эмоциональных травм, которые обостряются в момент развода.
Особую значимость в подобных делах имеет положение ребенка. Независимо от статуса родителей — будь то олимпийская чемпионка или рядовые граждане, — суды в первую очередь оценивают, насколько безопасной и стабильной будет среда, в которой ребенок будет жить. Обвинения в злоупотреблении алкоголем, агрессивном поведении и расистских высказываниях в присутствии детей в большинстве случаев воспринимаются как серьезный фактор риска и могут склонить решение суда в пользу более стабильного, по мнению инстанции, родителя.
В то же время специалисты по работе с зависимостями подчеркивают: признание своей проблемы, участие в программах лечения, прохождение тестов на алкоголь и наркотики, посещение терапевтических курсов — это важные шаги, которые могут изменить как общественное отношение к человеку, так и юридическую оценку его пригодности к воспитанию ребенка. Если Баюл удастся стабильно демонстрировать трезвость и эмоциональный контроль, в будущем у нее теоретически может появиться шанс пересмотреть условия общения с дочерью.
Для многих знаменитостей, переживших стремительный взлет в юности, тема зависимости и личных кризисов, увы, становится частью биографии. Резкая смена образа жизни, нагрузка, публичное внимание и отсутствие устойчивых опор вне спорта часто приводят к тому, что, завершив карьеру, человек оказывается один на один с внутренними проблемами. История Баюл в этом смысле укладывается в печальную, но типичную для мирового спорта схему.
Вопрос об ответственности публичных фигур в подобных историях тоже остается открытым. С одной стороны, знаменитость имеет право на частную жизнь и человеческие слабости. С другой — ее пример воздействует на поклонников, а громкие скандалы с участием кумиров неизбежно влияют на восприятие спорта и успеха в целом. Для многих фанатов, особенно в Украине, Баюл по-прежнему остается символом первых олимпийских побед страны, и восприятие этой истории окрашено сильными эмоциями.
Сейчас ключевой вопрос — как будет выстроено будущее общение Оксаны Баюл с дочерью и удастся ли бывшим супругам, несмотря на тяжелое прошлое, перейти к более конструктивному формату взаимодействия ради ребенка. Юристы отмечают, что даже при единоличной опеке второй родитель обычно сохраняет права на видение, участие в определенных решениях и эмоциональную связь с ребенком — при условии, что не создает угрозу его безопасности.
В долгосрочной перспективе важным станет не только соблюдение формальных условий мирового соглашения — прохождение тестов, курсов и других обязательств, — но и реальная внутренняя работа всех участников конфликта. Без этого даже самые детально прописанные юридические документы не способны гарантировать ребенку спокойное и устойчивое детство.
История первой олимпийской чемпионки Украины сегодня — это не только рассказ о падении кумира и семейной драме, но и пример того, насколько хрупка может быть человеческая судьба даже после громкого триумфа. И то, как дальше сложатся отношения Баюл с дочерью и обществом, во многом будет зависеть от ее готовности продолжать борьбу не на льду, а с собственными зависимостями, прошлым и образами, которые ей приписывают другие.